Category: архитектура

Category was added automatically. Read all entries about "архитектура".

Нереализованные архитектурные проекты Москвы времён СССР


   Руководство молодой советской республики в первой половине XX века нередко увлекалось поражающими воображение проектами, желая продемонстрировать капиталистическим странам силу и возможности страны победившего коммунизма. Многие замыслы СССР удалось воплотить в жизнь, но еще больше их осталось на бумаге. Автор проекта "СовАрх" Денис Ромодин рассказал порталу "РИА Недвижимость" о семи титанических сооружениях, которые, по замыслу советских архитекторов, должны были возвышаться над Москвой, однако по разным причинам так и не были реализованы. Предлагаю вашему вниманию не только рисунки и коллажи несбывшихся фантазий столичных градостроителей, но и фотографии того, что в итоге построили на месте проектов.


clik


Дворец Советов




   Дворец Советов – самый крупный неосуществленный проект советской Москвы 1930-1940-х годов. Этот комплекс предназначался для размещения в нем административного здания, места для сессий Верховного Совета СССР и многофункционального зала массовый действий. Проект дворца предполагалось выбрать на конкурсе, в котором участвовали и иностранные архитекторы.
   И хотя многие архитекторы предлагали построить горизонтальное здание, победил проект архитектора Бориса Иофана в виде огромного многоярусного комплекса, увенчанного статуей Владимира Ленина. В окончательном проекте высота здания должна была составлять 420 метров – почти на 40 метров выше нью-йоркского небоскреба Эмпайр Стейт билдинг.
   Подготовительные работы к строительству Дворцы Советов шли в течение 1930-х годов, так как в нашей стране не было опыта по строительству высотных зданий. К началу Великой Отечественной войны был возведен лишь нулевой цикл, а часть материалов уже во время войны пошла на нужны фронта. Лишь в 1947 году вернулись к идее завершить проект, но работы так и не начали.



   В 1959 году было решено использовать нулевой цикл Дворца советов под создание плавательного бассейна "Москва". Сегодня на этом месте стоит храм Христа Спасителя.

Высотное здание в Зарядье



   В 1947 году Совет Министров СССР принял решение возвести в Москве восемь высотных зданий. Семь из них было реализовано, а восьмое административное здание со шпилем, которое должно было стоять в Зарядье, так и не было достроено. Его строительство началось в 1947 году по проекту Дмитрия Чечулина, но после смерти Иосифа Сталина, работы были заморожены. Есть версия, что предназначалось оно для размещения в нем силовых ведомств. В 1956 году было принято решение демонтировать часть сооруженного каркаса здания и использовать металлоконструкции для строительства большой спортивной арены в "Лужниках". А стилобат был использован тем же архитектором Дмитрием Чечулиным для гостиницы "Россия".



   Гостиницу "Россия" разобрали в 2006 году. Сейчас здесь пустырь, на месте которого власти планируют разбить современный парк с развитой инфраструктурой, открытый для посетителей круглый год.

Здание Наркомтяжпрома



   В 1930-х годах состоялся конкурс на проектирование нового комплекса для Народного комиссариата тяжёлой промышленности СССР, который в то время возглавлял Серго Орджоникидзе. По условиям конкурса, новое здание должно было иметь обширную административную часть и стилобат, который одновременно мог бы являться трибунами. Само здание должно было быть расположено в районе нынешнего Ветошного переулка, так что Красная площадь, в случае реализации проекта, могла стать гораздо шире за счет сноса Верхних торговых рядов. К Театральной площади должен был выходить концертный зал. Среди всех проектов одним из самых эффектных был проект Ивана Леонидова. По каким-то причинам на втором этапе конкурсную площадку передвинули в Зарядье, а позже свернули и сам конкурс. Сам же Леонидов и его творчество в 1930-1940-х годах подверглось резкой критике.



   Поскольку от строительства здания Наркомтяжпрома было решено отказаться, Верхние торговые ряды были реконструированы и превратились во всем известный ГУМ – Главный универсальный магазин.

Дом Книги в Орликовом переулке



   В 1930 году в Орликовом переулке по проекту архитектора Бориса Великовского должен был появиться Дом книги, в котором должны были разместиться различные издательства и большой книжный магазин. Проект здания был достаточно эффектен и функционален – большие остекленные поверхности корпусов-пластин контрастировали с сиреневатой облицовкой туфа.
   Первая очередь была выстроена к 1933 году вдоль переулка, а возведение второй очереди было остановлено из-за пересмотра проекта, так как советская архитектура начала меняться и осваивать классическое наследие.
   Проект был отдан Илье Голосову, который изменил замысел и сделал уступчатую башню. Но проект так и не был реализован. И только в 1960-1970-х годах к первой очереди были достроены корпуса административного здания в характерной для того время модернисткой стилистике, но с такой же отделкой, как и первый довоенный корпус.



На фото та часть грандиозного проекта Дома Книги, которую успели построить.

"Горизонтальные небоскребы"



   В 1920-х годах художник, архитектор и теоретик искусства Эль Лисицкий предложил построить на площадь вдоль Бульварного кольца так называемые "горизонтальные небоскребы". Его идея была проста – сохранить старую застройку, как ценный материальный фонд, а площади уплотнить новой, при этом не нарушая сложившегося движения на них. Здания должны были стоять на опорах, в которых размещались лифтовые шахты и лестничные клетки. Проект оказался для своего времени слишком футуристичным, да и в стране не было на тот момент нужного количества стали и бетона, чтобы реализовать такую идею.



Вместо "горизонтальных небоскребов" на Трубной площади сейчас стоит современный бизнес-центр.

Новое здание "Известий" на Пушкинской площади



   В 1927 году по проекту архитектора Григория Бархина на Пушкинской площади появилось новое здание редакции газеты "Известия". Позже возникла необходимость строительства второй очереди, однако реальный конкурс был устроен лишь в конце 1960-х годов. Все архитекторы предлагали различные высотные акценты. Среди участников конкурса были Яков Белопольский, который предложил эффектное высотное здание в виде цилиндра.



   Однако в итоге победитель конкурса на разработку здания "Известий" стал Юрий Шевердяев, который вначале предложил высотное решение, но после градостроительного совета вынужден был переработать проект на тот, который мы сейчас видим на Пушкинской площади.

Академия Наук на Крымском валу



   В 1934 году, в соответствии с постановлением Совета Народный Коммисаров СССР, Академия наук переводится из Ленинграда в Москву. Для возведения нового здания Президиума Академии выбирают площадку возле Крымского моста. Автором проекта становится архитектор Алексей Щусев. Строительство было начато в 1941 году с возведения музейного корпуса.



   Однако из-за начавшейся войны работы по строительству здания Академии наук были прекращены на этапе возведения нулевого цикла. Во время и после войны строительные работы не возобновлялись и были заморожены. В 1960-х годах были разработаны проектные предложения по застройке данного участка административными и жилыми зданиями, однако к концу 1960-х было принято решение о создании Парка искусств и строительстве выставочного комплекса – Центрального Дома художника и нового корпуса Третьяковской галереи.



Романтический Париж Кристы Киффер (Christa Kieffer)




И я к тебе пришел, о город многоликий,
К просторам площадей, в открытые дворцы;
Я полюбил твой шум, все уличные крики:
Напев газетчиков, бичи и бубенцы;

Я полюбил твой мир, как сон, многообразный
И вечно дышащий, мучительно-живой...
Твоя стихия - жизнь, лишь в ней твои соблазны,
Ты на меня дохнул - и я навеки твой.

clik




Порой казался мне ты беспощадно старым,
Но чаще ликовал, как резвое дитя.
В вечерний, тихий час по меркнущим бульварам
Меж окон блещущих людской поток катя.

Сверкали фонари, окутанные пряжей
Каштанов царственных; бросали свой призыв
Огни ночных реклам; летели экипажи,
И рос, и бурно рос глухой, людской прилив.



И эти тысячи и тысячи прохожих
Я сознавал волной, текущей в новый век.
И жадно я следил теченье вольных рек,
Сам - капелька на дне в их каменистых ложах,

А ты стоял во мгле - могучим, как судьба,
Колоссом, давящим бесчисленные рати...
Но не скудел пеан моих безумных братии,
И Города с Людьми не падала борьба...



Когда же, утомлен виденьями и светом,
Искал приюта я - меня манил собор,
Давно прославленный торжественным поэтом...
Как сладко здесь мечтал мой воспаленный взор,
Как были сладки мне узорчатые стекла,
Розетки в вышине - сплетенья звезд и лиц.

За ними суета невольно гасла, блекла,
Пред вечностью душа распростиралась ниц...
Забыв напев псалмов и тихий стон органа,
Я видел только свет, святой калейдоскоп,
Лишь краски и цвета сияли из тумана...



Была иль будет жизнь? и колыбель? и гроб?
И начинал мираж вращаться вкруг, сменяя
Все краски радуги, все отблески огней.

И краски были мир. В глубоких безднах рая
Не эти ль образы, века, не утомляя,
Ласкают взор ликующих теней?



А там, за Сеной, был еще приют священный.
Кругообразный храм и в бездне саркофаг,
Где, отделен от всех, спит император пленный, -
Суровый наш пророк и роковой наш враг!

Сквозь окна льется свет, то золотой, то синий,
Неяркий, слабый свет, таинственный, как мгла.
Прозрачным знаменем дрожит он над святыней,
Сливаясь с веяньем орлиного крыла!



Чем дольше здесь стоишь, тем все кругом безгласней,
Но в жуткой тишине растет беззвучный гром,
И оживает все, что было детской басней,
И с невозможностью стоишь к лицу лицом!

Он веком властвовал, как парусом матросы,
Он миллионам душ указывал их смерть;
И сжали вдруг его стеной тюрьмы утесы,
Как кровля, налегла расплавленная твердь.



Заснул он во дворце - и взор открыл в темнице,
И умер, не поняв, прошел ли страшный сон...
Иль он не миновал? ты грезишь, что в гробнице?

И вдруг войдешь сюда - с жезлом и в багрянице, -
И пред тобой падем мы ниц, Наполеон!
И эти крайности! - все буйство жизни нашей,
Средневековый мир, величье страшных дней, -
Париж, ты съединил в своей священной чаше,
Готовя страшный яд из цесен и идей!



Ты человечества - Мальстрем. Напрасно люди
Мечтают от твоих влияний ускользнуть!
Ты должен все смешать в чудовищном сосуде.
Блестит его резьба, незримо тает муть.

Ты властно всех берешь в зубчатые колеса,
И мелешь души всех, и веешь легкий прах.
А слезы вечности кропят его, как росы...



И ты стоишь, Париж, как мельница, в веках!
В тебе возможности, в тебе есть дух движенья,
Ты вольно окрылен, и вольных крыльев тень
Ложится и теперь на наши поколенья,

И стать великим днем здесь может каждый день.
Плотины баррикад вонзал ты смело в стены,
И замыкал поток мятущихся времен,
И раздроблял его в красивых брызгах пены.



Он дальше убегал, разбит, преображен.
Вторгались варвары в твой сжатый круг, крушили
Заветные углы твоих святых дворцов,
Но был не властен меч над тайной вечной были:

Как феникс, ты взлетал из дыма, жив и нов.
Париж не весь в домах, и в том иль в этом лике:
Он часть истории, идея, сказка, бред.
Свое бессмертие ты понял, о великий,
И бреду твоему исчезновенья - нет!

1903 год Париж    Брюсов Валерий



Замок Гогенцоллерн


   В сорока милях к северу от Штудгарда находится по истине сказочный замок Гогенцоллерн, последний оплот прусских королей и немецких императоров.
  Замок Гогенцоллерн немцы и многочисленные туристы называют «замком в облаках». Этот замок действительно поражает своей неестественной красотой. Расположен он на самой вершине Швабских Альб – одноименной горе, которая возвышается над уровнем моря более чем на 800 метров. Великолепный замок повторяет контур горы и кажется неотъемлемой частью пейзажа - настолько органично он в него вписывается.
   Удивительный лес, гора, облака, замок – и это еще не все. Поражает и внутреннее убранство замка. В Гогенцоллерн собраны уникальные полотна, старинная мебель, предметы искусства, реликвии и сувениры, принадлежавшие королевской семье. Здесь можно увидеть Корону Королей Прусских, пробитый пулей мундир Фридриха, который он собственноручно искусно заштопал. Покажут и табакерку, помятую той же пулей, которая спасла жизнь королю. Изящная потолочная роспись, роскошные драпировки, старинные гобелены, мраморные колонны напоминают о былом величии.


clik


   Первое историческое упоминание о замке Гогенцоллерн ("Castro Zolre"), относится к 1267 году. Точная дата постройки замка, его первоначальные размеры и обстановка неизвестны, но вероятно, он был основан во второй половине XI века, поскольку появление «Дома Гогенцоллерн» ("Wezil et Burchardus de Zolorin") в исторических хрониках относится к 1061 году. К XIII столетию это уже был полностью завершённый обширный замковый комплекс, возвеличенный летописцами как лучший замок Швабии. Первый замок просуществовал до 1423 года, когда в ходе междоусобных войн он был взят недругами Гогенцоллернов и полностью разрушен.
   В 1454 был построен второй более крупный и более укреплённый замок. В годы последующих крупных войн, таких как Тридцатилетняя война (1618—1648) и Война за австрийское наследство, замок оказывается в центре активных событий. Крепость в течение двух столетий меняет нескольких владельцев, в основном по линии Габсбургов. В конце XVIII века замок остаётся без хозяина и постепенно начинает приходить в упадок.




   Возможно, что решение о восстановлении родового имения Гогенцоллернов, пришло к Фридриху Вильгельму в 1819 во время посещения замка. В 1844 году уже став королём он писал: « Воспоминания о 1819 годе чрезвычайно дороги мне, особенно тот красочный закат, словно из сказочного сна, которым мы любовались с одного из бастионов, … сейчас эта юная мечта превратилась в желание сделать замок Гогенцоллерн снова обитаемым». В 1850 года он начал осуществление своей мечты, создав один из самых внушительных замковых ансамблей Германии неоготического стиля. Архитектурная часть проекта была поручена вышеупомянутому Фридриху Августу Штюлеру. Новая резиденция Гогенцоллернов открылась 3 октября 1867 года. Замок играл уже больше мемориальную роль, и не служил как основное место жительства. Только в конце второй Мировой войны он стал приютом для семьи последнего кронпринца Пруссии Фридриха Вильгельма.









   С 1952 Принц Пруссии Луи Фердинанд Гогенцоллерн начал пополнение коллекций интерьеров замка произведениями искусства и историческими ценностями имеющих отношение, как к истории Пруссии, так и к истории её правителей. В результате этой работы, сегодня в галереях и комнатах замка можно увидеть полотна таких известных мастеров изобразительного искусства как Геррита ван Хонтхорста (голландский живописец XVII века), Антуана Пэна (придворный художник Прусского королевского двора XVIII века), Антона Александра фон Вернера (немецкий художник конца XIX начала XX столетия) и Франца Серафа Ленбаха (немецкий художник XIX века – представитель мюнхенской школы живописи), а также образцы изделий из золота и серебра, созданные мастерами художественного литья в XVII - XIX столетиях.